РЫБАЛКА - ОБРАЗ ЖИЗНИ
Лунный календарь
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Воздушная охота

Egor

Неподвижная сцена из бурной птичьей жизни

Была вторая половина июля и вторая половина моего отпуска на Можайском водохранилище. Я отплыл от берега на вечернюю рыбалку, неспешно ворочая веслами. Погода была великолепной, плыть было недалеко и я просто наслаждался отдыхом. 

Отойдя примерно 200 метров от берега я услышал в небе, где-то за спиной, карканье серых ворон, большая стая которых перелетала с колхозных полей противоположного берега. Она летела на свой традиционный вечерний покой в развалины церкви деревни Мышкино. 

Уже почти вся стая достигла своей цели и только несколько отставших ворон торопливо догоняли своих сородичей. Вдруг из общего каркающего гомона выделился один, явно тревожный, крик вороны. Так как эта ворона летела за моей спиной, при беглом взгляде назад я сначала не мог понять причину ее такой сильной тревоги и буквально смертельно испуганного крика. Она летела самой последней. Ее полет был ниже и заметно слабее, чем остальной стаи. Очевидно ворона была или больна, или слишком молода, чтобы не отставать от стаи. Только еще раз обернувшись, я увидел причину страха бедной вороны. За ней летел большой пернатый хищник, коих я видел каждый день летающими над водохранилищем в поисках добычи, которой обычно были средние подлещики, часто больные лигулезом. Они каждый год селились в ветвях огромной старой березы и часто издавали крики, похожие на ржание молоденького жеребенка. 

Однажды я проехал на машине рядом с таким хищником, который сидел на обочине Мышкинского шоссе с гордо поднятой головой. Высота сидящей птицы была более полуметра, а размах крыльев при взлете был около двух метров. Вот этот хищник и настигал ослабевшую ворону. 

Я осушил весла и с интересом стал наблюдать за происходящим. Казалось, что хищник вот-вот наброситься на ворону, но он почему-то не собирался этого делать и держался сзади немного сверху. Ворона, неистово каркая, старалась уйти от преследования, постепенно снижаясь, а хищник так же неотступно следовал за ней постепенно прижимая ее своим присутствием к поверхности воды. 

Зрелище преследования становилось все более интригующим. Было вполне очевидно, что хищник не спроста не трогает свою жертву, но что он задумал – было совершенно непонятно. Остальные вороны, слыша смертельный крик своей сестры, в полной панике рассеялись по небу, даже не пытаясь вступиться за обреченную жертву. Трагедия продолжала развиваться с неумолимой стремительностью. До берега оставалось не более 50 метров и ворона из последних сил махала растрепанными крыльями на высоте всего 5 – 6 метров над водой, продолжая медленно снижаться под психологическим давлением преследователя. 

Когда до берега оставалось всего 4 метра, а высота полета жертвы не более двух метров от поверхности воды, хищник исполнил задуманное. Он двумя взмахами крыльев догнал ворону, навалился на нее сверху, обняв своими крыльями, и стал стремительно падать вместе с ней. Казалось, что они оба рухнут в воду. Я заворожено смотрел на эту необычную охоту, сути которой совершенно не понимал. В последний момент, у самой поверхности воды, хищник распрямил крылья, на мгновенье замер, а затем толкнув лапами жертву вниз, резко взмахнул крыльями, одновременно и взлетая, и сбивая потоком воздуха ворону в воду. Ворона плюхнулась на поверхность воды всего в двух метрах от берега, продолжая так же неистово каркать. 

Коршун, немного поднявшись вверх, сделал грациозный круг и гордо приземлился у самой кромки воды прямо напротив барахтающейся жертвы. Теперь у вороны выбора больше не было. Инстинкт заставлял ее, судорожно хлопая крыльями, выбираться из воды, а страх при виде гордо сидящего на берегу палача парализовывал действия. Ворона быстро намокала и уже еле-еле шлепала мокрыми крыльями по воде. Берег в этом месте был очень пологий и за полметра до берега ворона наконец почувствовала под лапами твердое дно. 

Хищник отошел чуть в сторону, как будто пропуская ворону, вернее уступая ей дорогу. Ворона вышла на берег волоча крылья и побежала прочь от воды, продолжая хрипло орать. Коршун пренебрежительно повернул голову в ее сторону, немного подождал, а затем одним взмахом крыльев догнал и накрыл ими еле живую ворону. Голова хищника нагнулась над жертвой, последовал единственный удар мощным клювом и наступила тишина. Хищник посидел еще несколько секунд, затем взмахнул крыльями, и я увидел растрепанное тело несчастной вороны, безжизненно висящей в мощных когтях улетающего хищника.

Пораженный разыгравшейся трагедией, я неподвижно сидел в лодке, провожая взглядом охотника и жертву, пока они не скрылись в ветвях старой березы, где в гнезде ждали ужин молодые птенцы. Эта охота на всю жизнь запомнилась мне своей необычностью.

 

Статья публиковалась в журнале "Salapin.ru Magazine" N7

Теги: лирика
 
Зарегистрируйтесь или войдите под своим именем, чтобы прокомментировать

 
К началу
к началу